Верховный суд ограничил право страховщиков отказывать в выплатах из-за болезней, возникших до заключения договора личного страхования, если договор не признан недействительным в установленном законом порядке.
ВС РФ в Определении по делу № 48-КГ25-18-К7 напомнил, что страховщик вправе проводить обследование страхуемого лица для оценки состояния его здоровья и заранее оговаривать обстоятельства, существенные для оценки риска. Однако при неясности условий договора и невозможности установить действительную волю сторон все сомнения толкуются в пользу гражданина-потребителя. Об этом сообщает «Адвокатская газета».
Поводом для спора стал отказ АО «СОГАЗ» выплатить страховое возмещение по договору личного страхования заемщика Сбербанка Бориса Фёдорова. Ему была установлена инвалидность I группы, но страховщик сослался на то, что заболевание диагностировано еще в 2013 г., то есть до заключения договора, и нижестоящие суды поддержали эту позицию.
ВС указал, что «страховщик может воспользоваться правом на оценку страхового риска путем обследования страхуемого лица» и не вправе перекладывать последствия неполноты сведений о здоровье на страхователя без доказанного умысла и без признания договора недействительным по ст. 179 ГК РФ. Суд подчеркнул, что отказ в выплате не может подменять собой иск о недействительности договора.
По словам адвоката Андрея Торянникова, особенно важно, что Суд «признал неправомерным возложение на страхователя негативных последствий за неполноту сведений о здоровье без доказанного умысла и без признания договора недействительным». Старший партнер АБ «Бельский и партнеры» Дмитрий Шнайдман отмечает, что определение ВС «продолжает тренд на ограниченное применение принципа свободы договора в страховании» и фактически повышает стандарт добросовестности для страховщиков.
Дело направлено на новое рассмотрение, а позиция ВС, по оценке экспертов, станет ориентиром для практики по спорам в сфере личного страхования.
Борьба за справедливость для клиентов может сделать страхование убыточным для всех
Страховые компании столкнулись с новой судебной реальностью: Верховный суд РФ в трех резонансных определениях 2025 года жестко ограничил основания для отказа в страховых выплатах, фактически обязав страховщиков компенсировать ущерб даже при грубой неосторожности клиента. Эксперты практики страхования SL LEGAL партнер Леонид Зубарев и старший юрист Алла Ряшенцева — о том, как решения по спорам, связанным с последствиями обстрелов и пожаров, кардинально сужают свободу договора для страховщиков и расширяют защиту страхователей.
Российский страховой рынок продолжает испытывать на себе повышенное внимание со стороны судебной системы. Не так давно Верховный суд РФ выпустил постановление Пленума от 25 июня 2024 года №19 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества», в котором в том числе закрепил подходы к толкованию ключевых положений главы 48 ГК РФ об умысле страхователя и других основаниях для освобождения страховщика от обязанности по выплате страхового возмещения. А 2025 год ознаменовался вынесением ВС РФ трех резонансных определений, которые оказали и продолжают оказывать серьезное влияние на российский рынок страхования.
Первое определение было вынесено по делу №А40–266406/2023 по иску ООО «Лафид» к АО «СК «РСХБ-Страхование»«: в этом деле страхователь обратился к страховщику за выплатой страхового возмещения в связи с гибелью застрахованного имущества в результате обстрелов. Страховщик в выплате отказал, ссылаясь на ст. 964 ГК РФ, согласно которой он освобождается от обязанности выплатить страховое возмещение, если страховой случай наступил вследствие военных действий, а также маневров и иных военных мероприятий. Верховный суд встал на сторону страхователя, указывая, что отказ был неправомерен, поскольку военное положение либо режим чрезвычайного положения на территории, где расположено имущество страхователя, как и в РФ в целом, не вводились, а состояние войны не было объявлено. Следовательно, страховщик не мог ссылаться на ст. 964 ГК РФ как на основание для отказа в выплате возмещения.
Следующее дело под №А72–17277/2022 касается спора ООО «Торговый дом УЛГРАН» и АО «Согаз» о взыскании страхового возмещения в связи с повреждением недвижимого имущества в результате пожара. Судебная экспертиза установила, что одной из причин пожара стали множественные нарушения страхователем правил противопожарного режима, что, согласно условиям договора, являлось исключением из числа страховых случаев. Нижестоящие суды пришли к выводу о несоблюдении страхователем Правил противопожарного режима РФ, о наличии причинно-следственной связи между действиями страхователя и наступившими неблагоприятными последствиями и поддержали страховщика, отказавшего в выплате страхового возмещения. ВС РФ, однако, решил иначе и, направляя дело на новое рассмотрение, сделал очень важный вывод. По общему правилу законом установлен явно выраженный запрет на отказ от выплаты страхового возмещения, если страховой случай наступил вследствие грубой неосторожности страхователя. Оговорка, освобождающая страховщика от выплаты страхового возмещения в этом случае, противоречит закону, посягает на публичные интересы и поэтому является ничтожной.
В третьем резонансном деле по иску ООО «М-Юни» к ООО «Страховая компания «Согласие»« (дело №А40–38928/2024) был поднят вопрос о соотношении понятий «основания для освобождения страховщика от выплаты» и «исключения из страхового покрытия». Спор касался пожара, причиной которого стало воспламенение горючих материалов из-за использования «болгарки» в ходе ремонтных работ. Страховщик отказался платить, ссылаясь на исключение таких обстоятельств пожара из числа страховых случаев правилами страхования. Нижестоящие суды поддержали страховщика, но ВС РФ направил дело на новое рассмотрение, указав, что предмет страхового договора нельзя определять только через перечень исключений — иначе страхователь не может понять реальный объем страховой защиты. Страховщики не вправе включать в правила страхования обширные списки причин пожара под видом исключений, если они не связаны с умыслом страхователя, поскольку это незаконно расширяет основания для отказа в выплатах.
Ведь по закону страховщика могут освободить от выплат лишь при умысле или грубой неосторожности страхователя — все другие оговорки об освобождении от обязанности выплатить возмещение недействительны. Страховой случай всегда характеризуется признаками вероятности и случайности его наступления, являясь объективным событием внешнего мира. Свобода договора позволяет исключать из числа страховых случаев только те события, которые отвечают указанным признакам, и не позволяет отказывать в выплате, если страховой случай наступил из-за действий страхователя.
Суды активно используют эти выводы ВС РФ при рассмотрении споров по разным видам страхования.
Фактически страховщику вменяется гораздо больший объем обязательств, чем предполагалось при заключении договора, что, в свою очередь, влечет серьезные риски для финансовой устойчивости страховых компаний. В серую зону также попадает широко используемая в страховании имущества и ответственности модель страхования «от всех рисков», когда объем обязательств страховщика определяется через исключения из числа страховых случаев, а не через перечисление поименованных рисков. Однако ухудшение положения страховщиков не единственное серьезное последствие широкого использования судами недавних выводов ВС РФ.
По спорам, вытекающим из применения ст. 964 и отказов в выплате страхового возмещения в силу так называемых военных оговорок, ситуация выглядит достаточно определенной, а позиция судов может быть объяснена необходимостью защиты публичных интересов в широком смысле. Более спорной выглядит позиция ВС РФ в отношении страхования от пожаров, вызванных нарушением правил пожарной безопасности, то есть грубой неосторожностью страхователя. Если рассматривать страховой случай только как факт объективной реальности, чего требует ВС РФ, то любые действия страхователя, включая грубую неосторожность (кроме умышленных и направленных именно на наступление страхового случая), подлежат страхованию. Поскольку умысел в гражданском праве доказать практически невозможно, нивелируется значение ст. 210 и ст. 211 ГК РФ. Собственник может вообще не содержать имущество в надлежащем виде и не соблюдать ППБ, а заодно и любые другие правила и нормы, в том числе нормы самого ГК, УК и так далее. Таким образом, страхователь-собственник перекладывает не только риск гибели имущества, но и бремя его содержания на страховщика, который заплатит за восстановление имущества, сгоревшего из-за того, что страхователь, например, складировал легковоспламеняющиеся вещества в своем цеху, где проводились огнеопасные работы.
Если при рассмотрении страховых споров не принимать в расчет отношение страхователя к своему имуществу и к соблюдению обязательных норм и правил, то это будет прямым поощрением безответственного поведения страхователя, будет способствовать злоупотреблениям, стремлению улучшить объект страхования за счет страховщика.
Наконец, тут есть и публично-правовой аспект. Экономически страхование строится на статистических данных о фактах объективной реальности. Учесть в этих статистических данных безалаберность конкретного страхователя невозможно. Известно, что страхование осуществляется за счет денежного фонда, формируемого из уплаченных премий, то есть многие платят за одного. Таким образом, если исходить из позиции суда, то многие добросовестные страхователи платят за то, что один безответственный страхователь не соблюдал ППБ, пренебрегая своими обязанностями по содержанию имущества. Подобную ситуацию нельзя признать справедливой.
Говоря о справедливости, нужно упомянуть о том, что в деле «М-Юни» ВС РФ фактически приравнял «намеренное игнорирование страхователем правил пожарной безопасности» к умыслу страхователя. Однако этот очень важный вывод суда пока не получил достаточного развития в судебной практике, в отличие от прямого запрета исключать поведение страхователя из-под действия страховой защиты.
Представляется, что вопрос об учете поведения страхователя и грубой неосторожности в страховании имущества должен решаться в зависимости от того, кто является страхователем. Если страхователь, являющийся предпринимателем, допустил грубую неосторожность, повлекшую повреждение или уничтожение застрахованного имущества, то страховщик может быть освобожден от обязанности выплатить страховое возмещение, если договором не предусмотрено иное. Например, договор может предусматривать, что такая ситуация вообще не является страховым случаем или что страховщик может уменьшить размер возмещения в той части, в которой грубая неосторожность страхователя привела к увеличению размера ущерба. Однако если речь идет о страхователях—физических лицах, то наличие грубой неосторожности в их действиях может служить основанием не для отказа в выплате, а только для снижения ее размера. Подобная дифференциация подхода к учету грубой неосторожности должна быть закреплена законом, для чего необходимо внести изменения в ст. 963 ГК РФ
Коттеджный поселок «Олимпийский» — это олимпийский масштаб строительства на территории площадью в 300 га в пригородной зоне Краснодара в посёлке Южный. Все участки по 5 и 10 соток ИЖС. Выполнена отмостка по периметру + от калитки залита дорожка. Забетонировано парковочное место для автомобиля.
